Подписывайтесь на нас в:
Изменение языка: Russian

Изменение языка:

Передача 2017-04-25
russian

Последние новости

Волчья кровь


Buren 2017-03-21 11:03

Ежегодно в Монголии убивают до 10 тысяч волков

Ежегодно в Монголии убивают до 10 тысяч волков. Нигде в мире не истребляют их в таком количестве. Столь жестокое отношение к животным вызывает сегодня вполне естественный протест. Но у скотоводов Монголии есть свои причины для борьбы с “ханом хищных зверей” — “Чоно”, которую они ведут с древнейших времен... Немецкий журналист Тильман Миллер и его коллеги, побывавшие в Монголии, стали очевидцами этого непримиримого противостояния.

Откуда-то вдруг появились орлы и стали бесшумно кружить над головами охотников. Байар, обладатель лисьей шапки и огненно-красной физиономии, торжествующе поднял вверх большой палец. Теперь он знает, что волки рядом: ведь хищные птицы всегда высматривают на земле остатки недоеденной волком добычи. “Орел выдает волка”, — говорят монголы.

Охотники притаились за скалами. Тридцатиградусный мороз пробирает до костей, но пошевелиться нельзя: малейший шорох, щелчок фотоаппарата — и многочасовое ожидание окажется напрасным. “Волк всегда остается хозяином положения, — говорил Байар перед началом охоты. — Когда он чует человека, то взбирается на гору, чтобы сверху найти брешь в оцеплении и попытаться спастись”. 

С другой стороны горы Хух Азга находятся загонщики с лошадьми. Байар тащит через скалы свой доисторический чешский карабин К-600. Волки уже совсем рядом. Охотники напряженно прислушиваются: если стая сейчас не появится, значит, все напрасно. Но вот, так же внезапно, как перед этим орлы, волки вырастают из-за гребня горы — три... четыре... пять... там, на вершине, в двухстах метрах от людей. Почти сразу же они исчезают из поля зрения, только один бежит наискосок вниз по долине к откосу и вдруг на миг растерянно замирает. Гремит выстрел. Волк падает. Тишина. С минуту ни один охотник не трогается с места: ждут — не придут ли и другие. Потом они осторожно подходят, обступают убитого Чона. Это большой самец, четырех-пяти лет от роду, в нем добрых пятьдесят килограммов весу. Пасть его оскалена, из груди сочится кровь. “Чистый выстрел, — сияет Олдсвой, который попал с расстояния почти в сто метров, — я запищал как мышь, чтобы он на мгновение прервал бег".

Брат Байара Энхбат берет свой охотничий нож и быстро сдирает с убитого зверя коричневато-серую шкуру. Энхбат — босс здесь, в Гурван-Булаге, одном из трехсот округов Монголии. Во вверенном ему районе на северо-востоке страны обитают 3400 жителей и пасется 115 тысяч голов скота. “И слишком много волков”, — говорит Энхбат.

«Чон — наш враг, но он далеко не бесполезен” — продолжает Энхбат, вспарывая живот волка. Он достает из желудка остатки шерсти и костей проглоченной недавно овцы и откладывает их в сторону: отвар из содержимого волчьего желудка считается у монголов лекарством от многих болезней. А экстракт, приготовленный из суставных костей, принимается при заболеваниях мочевого пузыря. Затем Энхбат вырезает из пасти зверя гигантский синеватый язык — из него также делают отвар, которым полощут горло при простуде.

Вдруг Байар тревожно воскликнул: “Чон!”, показывая вниз, в долину, где недавно исчезнувшие волки уже гнали вверх по соседнему склону стадо оленей. Но стрелять — слишком далеко, устраивать новую облаву — поздно. В небе над свежевыпотрошенным зверем снова жадно кружат орлы...

Своим заклятым врагом монголы считают Чона с давних времен. И это серьезный враг: по данным Академии наук Монголии, сейчас в стране обитает около сорока тысяч волков. Для хищников эта земля — рай. Двадцать пять миллионов домашних животных рискуют стать легкой добычей Чона в широких степях. Волк стал здесь настоящим бичом: ведь Монголия живет в основном за счет сельского хозяйства. В год каждый гражданин Монголии потребляет в среднем 90 килограммов мяса, в то время как волк — полторы тонны.

“Мы не можем полностью победить волка, как это сделали вы в Германии, — говорил Батъяргал немецким журналистам в ответ на их критику столь жестокого отношения к животным. — Численность волков снизить не удается, потому что контролировать их рождаемость практически невозможно”.

Большинство монголов предпочитают старые, испытанные методы охоты. С одним из таких “старомодных” охотников — семидесятитрехлетним Дордсхийном Дзундуй-дагвой Тильман Миллер и его коллеги познакомились во время долгой поездки по заснеженным холмам и замерзшим рекам севера страны. Перед его одиноко стоящей в лесной глуши юртой на верхушке десятиметровой березы полощутся, словно флаги на ветру, две огромные шкуры: одна — волчья, другая — снежного барса. “Я повесил их там, чтобы они были ближе к небу”, — сказал старый охотник.

В теплой юрте в большой чаше курится можжевельник. Жена Дзундуй-дагвы угощает гостей мороженой дикой смородиной и кремом из тутовых ягод. Юрта завалена трофеями: на стене висит лапа медведя, на полу — чугунный капкан, из которого торчит отрубленная волчья лапа... Основной источник средств существования семьи охотника — продажа шкур.

“Я убил за свою жизнь больше волков, чем их поместилось бы в большом доме, но я уважаю их”, — говорит старый охотник. Дзундуйдагва верит старинному монгольскому преданию о том, что предки Чингисхана ведут род от серо-голубого волка и буланой оленихи. А это означает, что “хан хищных зверей Чон” достоин честного поединка — человек против волка.

Одиночки вроде Дзундуйдагвы охотятся обычно в густых лесах горных районов. Такие участки плохо просматриваются и поэтому непригодны для охоты облавой. Волкам легко спрятаться в лесной чаще, и выманить их оттуда можно только с помощью непростого трюка: человек должен завыть, как попавший в беду волк. Этому искусству охотники не один год обучаются у своего противника на диких лесных тропах. В совершенстве овладел этой премудростью и Дзундуйдагва, и другой ветеран волчьей охоты Чоимболин Лувзан, тоже бурят по национальности.

“Я убил уже 1560 волков”, — заявляет шестидесятишестилетний Лувзан. Это утверждение знаменитый охотник может доказать: в его “городской” юрте вблизи от сибирской границы хранится толстая тетрадь, где каждый выстрел записан и официально подтвержден. “Государственный охотник Монголии” почитается на родине как герой.

Ранним утром немецкие журналисты вместе с Лувзаном отправились в своем джипе на волчью охоту. Через час у подножия горы Лувзан распахнул дверцу машины. Внизу в долине в пятистах метрах от джипа над окровавленным трупом лошади стояли три волка. Они моментально оставили добычу и нырнули в лес. От несчастного животного остались к этому времени только кости да шкура. Теперь выманить волков из леса практически невозможно. “На зов они теперь не отреагируют, — сказал Лувзан, — но мы постараемся заполучить их завтра на рассвете”.

Однако на следующее утро начиналась совсем другая охота — за бензином. Ночью кто-то стащил его из машины. Никто не застрахован от неудач, и после многодневной одиссеи охотники, не солоно хлебавши, вернулись в Улан-Батор.

По материалам журнала “Штерн”

 

 

 

Просмотры: 85

Комментарии


account_circle
email
mode_edit

Сэтгэгдэл (1)